Доброе утро, любимая!
Скромная, очень ранимая.
Всем до конца непонятная,
Сердцем, душой необъятная.

Солнышко ты ненаглядное.
Свежая, вкусная, мятная.
Кроткая, нежная, милая,
Чувством и телом красивая.

Доброе утро, желанная!
Светлая, ясная, странная.
Женщина умная, дивная.
Девочка чудо наивная.

Взрослая, слабая, сильная,
Строгая, мягкая, стильная.
Жаркая, чувственнострастная,
Чистая, душепрекрасная.

Доброе утро, любимая!
Яркая, неповторимая.
Над суетою парящая.
Сказочноненастоящая.

Рану души обнаженной
Видно сквозь очи бездонные.
Добрая, странно печальная,
Мне повстречалась нечаянно.

Петр Давыдов

Мягкой лапкой коснёшься лица, промурлычешь - здравствуй любимый,
Ты такая на свете одна, кошка -девушка с взглядом игривым.
Нетерпением, ласковым "мяу", ты напомнишь о старом желанье,
Тихо скажешь- я только твоя, словно видишь моё подсознанье...
Да, я твой не доверчивый кот, в нос лизнуть тебя что ли от скуки,
Знаю я, что меня ты поймёшь, вдруг услышав сердечные стуки.
Ты мой ангел с кошачьей душой, хоть сама по себе ты гуляешь,
Я такой же, немножечко твой, навсегда, что меня и пугает.
Беспредельно, немногим понять, инцидент до сих пор не исчерпан,
Обречён по тебе я скучать, вдалеке, под порывами ветра.
По дорогам, почти без конца, каждый день, то на юг то на запад,
Вдруг напомнит опять про тебя, губ твоих такой сладостный запах..
Муркни кошка, я очень скучал, по твоим дорогим поцелуям,
По твоим шелковистым щекам, по глазам о которых тоскую.
Вроде несколько дней и не срок, но терпение хочет взорваться,
Что-то тянет и душит меня, может всё таки стоит признаться?
Изласкаю, хоть верь хоть не верь, зацелую до страстных признаний,
Ты моя приоткрытая дверь и причина для сладких страданий.
Я прошу- улыбнись для меня, обними, помурлычем немножко,
Славной киской, любимицей дня, стань прекрасной миленькой крошкой.
Я ревную к себе самому, быть не может но всё же случилось.
Я люблю, но об этом молчу, мы же кошки, скажи мне на милость?
Версий нет, безнадёжно попал, сумашествие, просто безумье
И страстей неуёмный накал и хоть вой, словно волк в полнолунье.

И каждый вечер, лишь стемнеет,
Заводит юность хороводы…
Стараются, кто как умеет:
Наводят кто мосты, кто броды!
Как пляшут парни – охламоны,
Чем тот и этот не жених?
Босые девушки меж них,
Как перезревшие бутоны…

Что ж, перезревшему бутону
Свой стыд пора перебороть,
Цветком пора стать по закону,
Со стоном обнажившим плоть!
Сей миг не купишь за монету…
Рискнул испить сладчайший яд
Цветка явившегося свету?
До смерти будешь виноват…

И ты меж них, крестьянских девок,
Пусть столько же у них кудряшек,
Век принца ждущих однодневок,
Как лотос нежный меж ромашек!
Ты вся возвышенней, стройнее,
Ты ярче! – Стоят что глазищи?
Не скажешь о глазах вернее…
Ты утонченней, выше, чище!

Да! Перезревшему бутону,
Свой стыд пора перебороть,
Цветком пора стать по закону,
Со стоном, обнажившим плоть!
Сей миг не купишь за монету…
Рискнув испить сладчайший яд
Цветка явившегося свету,
Знай, многие его хотят…

Раб растревоженного беса,
В себе несущий сердца молот,
Пронзающей любви повеса,
Дай утолить любовный голод!
Как, мыслей сладких хоровод
Влечет в мечту? Себе в угоду,
Дай всем своим желаньям ход,
Дай естеству любви свободу!

Что ж, перезревшему бутону,
Свой стыд пора перебороть,
Цветком пора стать по закону,
Со стоном, обнажившим плоть!
Сей миг не купишь за монету…
Рискнул испить сладчайший яд
Цветка явившегося свету?
К цветку уж многие летят!

Забыв пресыщенную сытость,
На зов ее я отвечаю…
Да, пухлых губ ее открытость
Манит… Я в ней души не чаю!
В лучах блистающая рыбка,
Миг идеальной красоты,
Твоя загадочна улыбка,
Твои пронзительны черты!

Что ж, перезревшему бутону,
Свой стыд пора перебороть,
Цветком пора стать по закону,
Со стоном, обнажившим плоть!
Сей миг не купишь за монету…
Рискнул испить сладчайший яд
Цветка явившегося свету?
Что за нектар цветы таят?

Ты – лучше всех, почти богиня,
Ведешь степенный разговор.
За что же я, любви во имя,
Расстрелян взглядом был в упор?
Такая глаз не пожалеет,
Насквозь прожжет, испепелит…
Язык с очей твоих – немеет!
А сердце с глаз твоих – болит…

Что ж, перезревшему бутону
Свой стыд пора перебороть,
Цветком пора стать по закону,
Со стоном обнажившим плоть!
Сей миг не купишь за монету…
Рискнул испить сладчайший яд
Цветка явившегося свету?
Его дают не всем подряд…

Андрей Свилацкий, из книги "Нечаянный транзит"